Урок Будапешта

Ассоциация русскоязычных журналистов Израиля регулярно организовывает заграничные путешествия для своих членов. Мы не только гуляем по красивым городам, но и встречаемся с коллегами,
обмениваясь опытом. Недавно для такой поездки был выбран Будапешт.
Меня в нем первую очередь интересовала жизнь еврейской общины. Будапешт – последний город, где Эйхману и его зондеркоманде удалось осуществить массовую депортацию евреев. В течение шести недель лета-осени 1944 года они отправили в лагеря смерти, в основном в Аушвиц, около 450 тысяч венгерских
евреев. Практически все евреи венгерской провинции и столицы погибли, спаслась только часть обитателей будапештского гетто – адмирал Хорти, еще находившийся летом 1944-го у власти, окружил
территорию гетто венгерскими солдатами и не позволил Эйхману вывести оттуда евреев.
Венгерские евреи, оставшиеся в живых, учли горький опыт. По данным Сохнута в стране, главным образом в Будапеште, проживает около 100 тысяч евреев. А по официальной статистике их всего 20 тысяч. В общине сегодня активно ведется дискуссия по поводу национальной идентификации. Во времена австро-
венгерской монархии евреи пользовались многими льготами и свободами. Более того, еврейские бароны составляли почти треть нового венгерского дворянства. А в свободных профессиях
существовало просто еврейское засилье — среди будапештских врачей, юристов, инженеров и журналистов евреи составляли от 85 до 92 процентов. Вследствие этого ассимиляция зашкаливала, и
среди местной общины самой большой популярностью пользовался принцип — «мы венгры иудейского вероисповедания».
Сегодня община разделилась на две части: старики остаются вернымистарому «венгерскому» подходу, а молодежь, учитывая судьбу их ассимилированных дедушек и бабушек, придерживается несколько иных взглядов. Поэтому израильский культурный Центр, расположенный на одной из центральных улиц Будапешта, пользуется популярностью у местной еврейской молодежи, участвующей в разнообразных программах Еврейского агентства. Но, вместе с тем, большая часть все же предпочитает официально не именоваться евреями.

 

 

 

 

Ласло Кемень

Профессор Ласло Кемень, видный политолог, бывший советник правительства, во время встречи с израильскими русскоязычными журналистами рассказал о еще одной, новой тенденции в общине. Несколько лет назад молодые евреи создали организацию, открыто выступившую в поддержку премьер-
министра Виктора Орбана и его партии Фидес. До сих пор все еврейские организации страны старались в политику не вмешиваться и придерживались нейтралитета. Но молодые считают,
это времена изменились и вести себя надо иначе. Их позиция уже принесла им ощутимые плоды – правительство Орбана щедро субсидирует организацию и передало ей несколько зданий под
еврейские школы. Что, естественно, не понравилось руководству старых еврейских организаций. Короче говоря – жизнь в общине Будапешта кипит, и, как и в других еврейских общинах, здесь тоже не обходится без «еврейских войн».
Что не мешает налаженной работе общинных институтов. В городе действуют четыре синагоги и Бейт-ХАБАД. Во время вечерней субботней молитвы в Бейт ХАБАДе негде было яблоку упасть, все
места были заняты, мужчины стояли в проходе и у стен. В небольшую синагогу Бейт-ХАБАД набилось более 200 человек. Затем все перешли в обеденный зал, где состоялась субботняя трапеза. Организована она была поистине с размахом, по хабадскому обычаю водка лилась рекой. Умный и харизматичный рав Раскин умело вел вечер, говоря актуальные и понятные всем комментарии на недельную главу и не давая превратить трапезу в банальный праздник чревоугодия. Говорил он на иврите – хотя в зале
находились и местные жители, и гости из Америки, Австралии, Австрии, Новой Зеландии, подавляющее большинство составляли израильтяне.

Иврит часто слышится на улицах Будапешта. Как сказал мне один журналист, посетивший местное казино «Лас-Вегас», и за игорными столами, и возле «одноруких бандитов» были в основном израильтяне. Кроме казино их привлекают в Будапешт невысокие цены, возможность вкусно и недорого питаться кошерной едой (здесь два кошерных ресторана и несколько кафе) и городские красоты. По поводу этих красот хочу высказаться особо.

Как известно, город состоит из двух частей: старинной Буды, расположенной на холмистой стороне Дуная и современного Пешта — на второй, плоской стороне реки. Пешт был построен в середине 19 – начале 20 века. Массовая застройка началась, когда император Австрии Франц-Иосиф принял корону венгерского короля и уравняв своих венгерских поданных с жителями других частей империи, начал щедро финансировать эту страну. Строили быстро, можно даже сказать наспех. Об оригинальности архитектуры особо не
заботились – использовали стандартные проекты. Поэтому Пешт выглядит как город с архитектурой доходных домов 19 века. Чтобы строить быстро, с размахом, но дешево, возводили обычные кирпичные коробки и покрывали их штукатуркой, задрапированной под гранит и мрамор, ставили скульптуры из
алебастра или гипса. Вроде красиво, вроде, как в «лучших домах» европейских столиц. Ложно-роскошный Пешт – это Европа для бедных.
Город давно облюбовали голливудские киношники. Здесь снимают фильмы, действие которых происходит в Лондоне, Париже, Нью-Йорке, Мадриде. Ведь Пешт — город многоликий. Точнее – безликий.

Чего нельзя сказать о старом городе Буды. Здесь глаза, уставшие от выспренно-лживых красот Пешта, просто отдыхают. Старый город Буды невелик – два десятка улиц вокруг собора, где короновались венгерские монархи. Но все дома здесь – оригинальны. Камень в них – камень, а не алебастр, статуи из
гранита и мрамора. Не зря именно в Буде обитали местное дворянство и богачи. А в Пеште селились купцы средней руки и беднота. Строгая, даже порой скромная, но оригинальная и достойная Буда в архитектурном смысле хоть немного компенсирует Пешт.

Наша длинная и интересная встреча с профессором Ласло Кеменем в ходе которой он – на прекрасном русском языке – рассказал о ситуации в Венгрии, завершилась неожиданно.
— Я хочу сделать признание, — вдруг сказал профессор. И остановился. Голос его пресекся, прошло несколько долгих секунд, пока он взял себя в руки. — Я не могу говорить об этом без слез, — наконец выдавил он, —
Мой отец был еврей. А мать венгерка. Католичка. Во время войны она спасла отца.
— Так что же вы не репатриируетесь? — тут же спросил его кто-то из журналистов. Профессор махнул рукой. — Моя жена – русская. И наши дети далеки уже от всего этого…
Действительно трогательный рассказ профессора о любви и преданности отражает не только историю еврейской общины Венгрии, но и ее будущее. Из 80 тысяч евреев, сегодня записанных
венграми, но считающих себя евреями, в следующем поколении подавляющее большинство уже будет венграми – не только формально, а и по существу. Ассимиляция в Венгрии огромная, поэтому пройдет совсем немного времени и в Будапеште от общины, давшей миру Теодора Герцля и великих раввинов,
останутся только красивые синагоги…

Возвращались мы рейсом «Эль-Аль». Перед полетом главный пилот поприветствовал на иврите пассажиров и сказал: «Приятного всем пути домой!»
И я подумал – да, действительно, я возвращаюсь в дом: мой личный и национальный. Будущее моего народа именно в этом доме — со всеми его дискуссиями, криками, скандалами, жарой и терактами. И это — главный урок моего пребывания в красивом, вкусном, но чужом Будапеште…

Давид Шехтер

 

 
Статья прочитана 226 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

Последние Твиты

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

Ассоциация русскоязычных журналистов Израиля
E-mail: info@iarj.org.il