Люди гибнут за мандат

Этот фельетон написан в прошлом веке, в доинтернетную эпоху, накануне выборов 1999 года в Кнессет 15-го созыва. Тогда, напомню, партия «Исраэль ба-алия» потеряла свой седьмой мандат, а «Наш дом Израиль» появился на горизонте. А страсти на русской улице кипели аналогичные, так что ничто не ново под луной.

Люди с этими выборами совсем плохими стали. Давеча прихожу к одной знакомой, она у меня партийная активистка. Ну цветы взял, бутылку шампанского, конфеты «Вишня в шоколаде» — чин чинарем. А она мне с порога:

— Манда-ты!

Я оглянулся: кроме нас в комнате никого. Может, я чего не понял? И женщина вроде интеллигентная, образованная, педагогический техникум в Кзыл-Орде закончила, поэтому переспросил:

— Кого вы имеете в виду?

— Партию. С семью мандатами мы добыли для своих черновицких тысячу единиц рабочих мест, с четырнадцатью трудоустроим всех дальних родственников из Баку и членов их семей. Кухарка будет управлять государством, квартирный маклер — сидеть в Кнессете, хозяйка бюро по трудоустройству — в муниципалитете. Возьмем под контроль все российские загсы, метрики перепишем и всех казахов завезем как потомков Хазарского каганата. Еще пять миллионов казахов — и Наш будет премьер-министром, председателем Народного хурала. Едем на участок!

— На дачу, что ли?

— Какая дача! На избирательный участок.

Приехали. Народу — не протолкнешься. Кого на носилках приволокли, кого — в инвалидной коляске, кто на костылях сам дошел. А двое парней в черном — траур у них, что ли? — притащили дедушку в саване. Еще свежий — ну как живой. В заботливо сложенных руках справка от семейного врача, теудат зеут и записка: «Временно нахожусь в коме, прошу положить этот бюллетень в белый конверт. Заранее благодарен». И подпись.

Один парень за лопатой пошел:

— Щас, — говорит, — вернусь.

Другой остался бюллетени стеречь — неровен час, подменят.

Моя знакомая цветы схватила и давай их вручать пенсионерам. И чужому дедушке возложила:

— Один народ — одна судьба. Спи спокойно, дорогой товарищ.

Потом пристроила мои конфеты, «Вишню в шоколаде», между прочим, как угощение:

— Это нужно не мертвым, это нужно живым.

И прицепилась к матери-одиночке. У той малец плакал. Их папка пять минут назад как бросил и пошел голосовать за Либермана. Не сошлись характерами, мамка его и выгнала:

— Твой, — говорит, — дом теперь Израиль.

Малец осиротевший, понятно, рыдает. Моя знакомая ему сопли вытерла, конфету дала, объяснила доходчиво:

— Твой отец тебя любит и помнит, только он не живет вместе с вами. Вот, — показывает на портрет в кепке, — твой настоящий отец.

Надела на него шапочку с нашей эмблемой — вылитый папаня, они даже роста одного.
Мать-одиночка руками всплеснула:

— Ой, точно, припоминаю, приезжал твой биологический батька к нам в ульпан на прошлые выборы. Просил у меня голос, благодарил за поддержку, за доброту, за ласку. Так что все по согласию, по взаимной договоренности… с алией.

Тут еще одна брошенка из немолодых подсуетилась. Показывает на плакат нашей партии, тычет пальцем в другого кандидата:

— Он в 67-м году ко мне в общежитие ПТУ №4 в Черновцах ночью в окно лазил. Это ж какие нам с дочкой алименты за все время набежали!

Что тут началось, особенно когда у меня бутылку шампанского забрали и распили.

Один здоровый бугай признал в четвертом номере списка свою единокровную мамашу:

— Я, — рыдает, — несчастный плод любви, зачатый в годы застоя посредством одного узника Сиона на конспиративной квартире. Мы теперь на мамкину депутатскую зарплату заживем, в шмиру ходить не надо. И никакая маманя не гулящая, время такое было грозовое, не до детей.

Очень трогательно у него получилось. Все плакали от счастья.

В самый разгар праздника появилась интересная женщина. Стоит себе и улыбается. Моя знакомая поясняет:

— Наш седьмой номер на панели.

Мне опять неловко стало. Вроде приличная женщина.

— Где-где? — переспрашиваю.

— На партийной панели, в списке, значит.

Эта самая кандидатша автографы раздает: «В этом году в Иерусалиме».

Пока наши все брали под контроль, двое в черном — траур у них, что ли? — переодели дедушку в коме бабушкой и опять заносят с новой справкой от семейного врача и с новой запиской. Собственно, текст тот же, подпись другая.

Наши скандал учинили:

— Подмена! Если это бабушка, то где дедушка?!

— Помер, — отвечают парни, — светлая ему память. Вот справка от врача. Проголосовал и помер. Мы же при вас за лопатой ходили. И вообще, не мешайте, бабушка совсем плохая, каждая секунда на счету.

Выносят ее через пару минут счастливые:

— Отдала богу душу, еле успела выполнить свой гражданский долг.

Наши потребовали, проверить половые признаки усопшей:

— Гадами будем, дедушка!

— Не дадим глумиться над трупом, — резонно возражают ихние. — Уберите ваши гойские руки.

— Вскрытие покажет, — настаивают наши. — Сдается нам, этот двуполый еще до прошлых выборов коньки отбросил. Вон синий какой.

— Понятно, — те аргументируют, — не блондинка с голубыми глазами. Может, вам еще цвет ее кожи не нравится?!

Разве ж их переспоришь. Они еще семнадцать раз, несмотря на наши протесты, этого гермафродита в коме — то ли бабушку, то ли дедушку — заносили и закапывали. И каждый раз, когда мы от них документ требовали, отвечали:

— Щас, — и новый теудат зеут показывали. Даже нам предлагали недорого.

— А хотите, — смеются, — амулеты от Либермана и сглаза?

Наши плюнули — все равно у них хеврат кадиша прихвачена. Сколько надо голосов, столько и нароют. И поехали в штаб свои голоса считать. В конце концов, у нас свои разборки, у них свои. К вечеру наша группировка контролировала Крайоты, Люберцы, Димону и Солнцево. А у них под крышей всего два мандата. Тоже мне, крыша дома моего. А к утру им карта поперла, пока мы гуляли. Два дня гуляли: «С семью мандатами мы построим семь альтернативных кладбищ. Предварительная запись на избирательных участках. Есть возможность опции для ваших близких. Под нашим контролем вы до следующих выборов все равно не доживете. Количество мест ограничено. Каждый, кто принесет это объявление, обслуживается вне очереди».

А на третий день мою знакомую опять заклинило. Пришла вся в слезах, и с порога:

— Мандаты!

— Кого вы имеете в виду?

— Партию. Мы седьмую мандату потеряли, такую мандату! Слушай, придумай нам новый лозунг. Чего мы с шестью мандатами еще отчебучить сможем?

Автор: Леонид Луцкий, главный редактор газеты «Глобус» — для IARJ.org.il

От автора. Все персонажи данного повествования вымышлены. Любые совпадения событий, фамилий и даже страны – случайны.

 

 
Статья прочитана 255 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

Здесь вы можете написать комментарий к записи "Люди гибнут за мандат"

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Последние Твиты

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

Ассоциация русскоязычных журналистов Израиля
E-mail: info@iarj.org.il