Мир по-турецки

Как сектарианизм Анкары мешает американской политике в Сирии

На первый взгляд может показаться, что США и Турция работают бок о бок, чтобы положить конец гражданской войне в Сирии. 11 августа, после встречи с турецкими чиновниками Госсекретарь США Хиллари Клинтон выступила с заявлением, в котором говорилось, что министерства иностранных дел обеих стран пытаются скоординировать свои действия, чтобы помочь сирийской оппозиции и обеспечить демократический переход. 23 августа в Анкаре американские и турецкие официальные лица превратили эти слова в действие, проведя первое совещание по оперативному планированию, направленное на ускорение свержения режима сирийского президента Башара аль-Асада.

Однако, несмотря на общее желание свергнуть Асада, Вашингтон и Анкара по-разному видят постреволюционную Сирию. США настаивают на том, что любой исход сирийского кризиса должен гарантировать религиозный и этнический плюрализм. Турция, во главе которой стоит суннитское правительство, рассматривает этот конфликт как столкновение между сектами, налаживая тесные связи с Мусульманским братством – суннитской оппозиционной организацией, которая стремится лишить сирийских курдов их прав и сурово наказать поддерживающее Асада алавитское меньшинство  — считая их врагами. Это должно стать тревожным сигналом для  администрации Обамы, поскольку Турция не будет помогать ей в продвижении полиэтнического демократического правительства в Дамаске. На самом деле, действия Турции уже способствовали усугублению разногласий между сирийскими сектами.

Вашингтон настаивает на плюрализме. В августе в Стамбуле помощник Госсекретаря США по делам Европы и Евразии Филип Гордон (Philip Gordon) подчеркнул, что «сирийская оппозиция должна быть инклюзивной, должна предоставить право голоса всем меньшинствам Сирии, в том числе — курдам». После встречи со своим турецким коллегой, министром иностранных дел Ахметом Давутоглу, Клинтон заявила, что новое сирийское правительство «должно будет защищать права всех сирийцев, независимо от их религии, пола и этнической принадлежности».

Пока остается неясным, поможет ли Анкара в решении этой задачи. Турция оказывает огромную поддержку суннитским повстанцам, не предпринимая никаких попыток наладить связи с другими этническими и сектантскими сообществами в Сирии. Вместо этого, Турция рассматривает сирийский конфликт как борьбу различных религиозных сект. Правящая Партия справедливости и развития, суннитский консервативный блок, считает сирийских алавитов злодеями, регулярно высказывая критику их «режима меньшинства». Во время пресс-конференции 8 сентября 2011 года представитель этой партии Хусейн Челик заявил, что «режим партии Баат опирается на меньшинство, составляющее 15%» — процент алавитов в стране. Однако эта точка зрения не учитывает тот факт, что режим партии Баат уже долгое время обязан своим существованием поддержке значительного количества суннитского большинства.

Партия справедливости и развития восстановила против себя не только сирийских алавитов, но и курдов.  Премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что его страна будет оказывать всяческое противодействие курдам на северо-востоке Сирии, если они постараются добиться автономии, и даже пригрозил военным вмешательством. Откровенная поддержка турецким правительством суннитской оппозиции объясняется не только идеологической близостью, но и тем, что суннитские повстанцы враждебно относятся к сирийским курдам.

Между тем, Партия справедливости и развития попыталась популяризовать свою политику, направленную против режима Асада, раздувая пламя сектантских разногласий у себя на родине. Партия выступала с резкой критикой в адрес самого многочисленного турецкого религиозного меньшинства – против алевитов – и обвиняла их в том, что они поддерживают алавитов из соображений религиозной солидарности. Алевиты, турко- и курдскоязычное гетеродоксальное мусульманское меньшинство, составляющее примерно одну пятую часть населения Турции, представляет собой отдельную группу арабских алавитов. Сунниты считают и алевитов и алавитов еретиками.

Во время пресс-конференции в сентябре 2011 года Челик заявил, что Кемаль Киличдароглу, курдский алавит, возглавляющий социально-демократическую Республиканскую народную партию, противится вмешательству Турции в гражданскую войну в Сирии по соображениям сектантского характера. «Почему вы защищаете режим партии Баат?- спросил он.-  Мне на ум приходит только плохое. Разве вы делаете это не из сектантской солидарности?» Подобным же образом в марте Эрдоган завил, что Киличдароглу, предположительно, поддерживает сирийского президента, руководствуясь религиозными соображениями, добавив: «Не забывайте, что религия человека – это религия его друга».

На первый взгляд, позиции администрации Обамы и Турции по Сирии совпадают. В ходе своих совещаний в Турции Клинтон повторила, что Вашингтон «разделяет решительный настрой Турции в том, чтобы не дать Сирии превратиться в приют курдских террористов», а Гордон подчеркнул, что США «ясно дали понять сирийским курдам и нашим коллегам в Турции, что мы не поддерживаем движение к автономии и сепаратизму, которые, по нашему мнению, могут оказаться скользкой дорожкой». Подобные заявления, вероятнее всего, успокаивают турецкое правительство, однако решение конфликта в Сирии, которое удовлетворило бы США, настаивающих на том, чтобы все этнические и религиозные сообщества имели равные права, предполагает необходимость учитывать желание курдов получить автономию. Именно это Турция считает неприемлемым. Вспомните, как Турция расправилась с движением собственных курдов, которые попытались выдвинуть такие же требования – за последние три года Анкара арестовала 8000 курдских политиков и активистов, чтобы держать это националистическое движение под контролем.

Это вовсе не означает, что США не должны сотрудничать с Турцией, особенно учитывая то, что Саудовская Аравия – еще один участник, выступающий за свержение режима Асада – заинтересована в продвижении демократии еще меньше. Чтобы иметь надежного партнера в решении сирийского кризиса, Вашингтону необходимо будет настоять на том, чтобы Анкара отложила в сторону этнические и религиозные вопросы.

Таким образом, США должны решительно высказать свои возражения против подобного подхода и убедить Турцию рассмотреть преимущества следования более плюралистическому курсу. Несмотря на опасения новых восстаний курдов внутри страны, Турция может извлечь выгоду из формирования взаимовыгодных отношений с сирийскими курдами – подобных тем, которые она наладила с курдским региональным правительством в северном Ираке. Действительно, представители ведущей сирийской курдской партии, Партии демократического Союза, призвали Анкару наладить с ними подобные  отношения. В своем интервью Международному исследовательскому центру мира на Ближнем Востоке, лидер Партии демократического союза Салих Мухаммад Муслим заявил, что Турция должна преодолеть в себе «страх перед курдами». Тем не менее, кажется, правительство Эрдогана пока не желает этого делать, опасаясь, что налаживание отношений с сирийскими курдами и другими меньшинствами, а также поддержка идеи плюралистической Сирии подтолкнет этнические и религиозные меньшинства Турции к тому, чтобы потребовать изменения конституции и равенства. Между тем, если Турция позволит этническим и сектантским разногласиям нарастать в Сирии и дальше, то эти конфликты могут перекинуться через границу и нанести ущерб самой Турции.

К настоящему моменту Анкара уже должна была понять, что поддержка сирийских суннитов с целью укрепления своего влияние у себя на родине несет в себе массу опасностей.  Придание религиозного характера участию Турции в делах Сирии приведет к тому, что турецкие сунниты могут подумать, что они ведут войну за освобождение правоверных мусульман от репрессий еретиков. Подобное разжигание религиозных предубеждений против сирийских алавитов естественным образом порождает враждебный настрой против религиозных меньшинств в самой Турции, что может привести к нарушению хрупкого социального равновесия.

Здесь существуют еще более серьезные риски. Поддержка сирийских суннитов Партией справедливости и развития угрожает втянуть Турцию в более масштабный суннитско-шиитский конфликт, разворачивающийся на Ближнем Востоке. Выступив против союзника Ирана, Турция стала мишенью агрессии Исламской республики. В августе в своем заявлении глава генштаба Иранской революционной гвардии генерал Хасан Фирузабади предупредил Турцию, а также другие государства, стремящиеся свергнуть режим Асада, что в результате своего вмешательства они могут столкнуться с внутренними волнениями. Партия трудящихся Курдистана, курдская повстанческая группировка, которую Турция и США считают террористической организацией, усилила свои атаки этим летом, организовав нападение на турецкую провинцию Хаккари, граничащую с Ираном и Ираком. Иран отрицает свою причастность к нападениям Партии трудящихся Курдистана, однако чиновники в Турции предполагают, что Тегеран имеет к этому отношение, и что курдские боевики пересекли турецкую границу со стороны Ирана.

До сих пор уклон в сторону суннитов в турецкой внешней политике отвечал геополитическим целям США, поскольку это означало, что Турция, отказавшись от своего стремления не иметь проблем со своими соседями, присоединилась к лагерю противников Ирана. Преимущества такой позиции смягчали те дурные предчувствия, которые американские чиновники испытывали по поводу сектантских устремлений Турции. Однако если США с помощью Турции удастся достичь своей стратегической цели и свергнуть Асада, в дальнейшем в качестве партнера им потребуется совершенно иная Турция.

 

 
Статья прочитана 389 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

Здесь вы можете написать комментарий к записи "Мир по-турецки"

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Последние Твиты

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

Ассоциация русскоязычных журналистов Израиля
E-mail: info@iarj.org.il