Путешествие дилетантов

Первого февраля, когда в Совете Безопасности ООН еще продолжалось обсуждение проекта резолюции по Сирии, газета «Нью-Йорк Таймс» — рупор либеральных кругов США и главный медиа-союзник администрации президента Обамы — выступила с редакционной статьей, написанной по шаблону, уже опробованному на Израиле, и озаглавленной «Плохая российская ставка на Сирию».

Повторив один за другим все аргументы администрации в поддержку новых санкций против режима Асада, редакция снисходительно предложила России, Китаю и Индии «не играть в игры» и «поддержать сирийский народ». Три дня спустя ведущий публицист газеты, известный нам «друг» Израиля Томас Фридман, уже находясь в Москве, попытался объяснить пресс-секретарю Владимира Путина, каковы в действительности реальные интересы России в Сирии. Фридман признал, что Запад фактически обманул Россию, воспользовавшись ее нейтралитетом, чтобы свергнуть в Ливии союзный Москве режим Муаммара Каддафи, и тут же провозгласил, что России и не нужны столь мерзкие союзники. П

Попытки американской газеты учить жизни российское руководство выглядели бы комически, если бы они не отражали печальное состояние мышления нынешнего руководства ведущей демократии мира. Когда Барак Обама и Хилари Клинтон оказались три года назад у руля американской внешней политики, они, действуя по принципу «во всем виноват Буш», взяли курс на умиротворение своих глобальных противников и конкурентов. Как это выглядело в нашем случае — мы хорошо знаем. Обама в одностороннем порядке помирил Америку и радикальный ислам, возложил на Израиль ответственность за отсутствие мира на Ближнем Востоке и публично отрекся от «неоконсервативных» идей экспорта демократии. Насколько удачным оказался этот проект, мы тоже знаем. Обама умудрился стать самым непопулярным президентом как в Израиле, так и в арабских странах, упустил шанс способствовать демократизации иранского режима, а год назад, внезапно оказавшись перед фактом массовых беспорядков в Египте, активно содействовал свержению своего основного арабского союзника. Затем Вашингтон дал своим европейским союзникам вовлечь себя в гражданскую войну в Ливии, выполнив основную часть работы за НАТО и проигнорировав тот факт, что значительная часть противников Каддафи совсем недавно воевали против американцев в Ираке.
На российском направлении ситуация развивалась примерно так же. Игриво презентовав в марте 2009 года своему российскому коллеге Сергею Лаврову кнопочку с надписью «Перегрузка» вместо «перезагрузка», госсекретарь США явно предвидела события. Американский подход к России опирался на два предположения — о том, что вина за российскую подозрительность и неуступчивость лежит на США, и о том, что президент Медведев — независимый, ориентированный на сотрудничество с Западом либерал, которому надо помочь выйти из тени Владимира Путина. И если о первом еще можно было поспорить, то уж второе не могло не вызывать приступов хохота как в Кремле, так и у любого мало-мальски серьезного наблюдателя российской политики.
Для России столь дилетантский подход Вашингтона к двусторонним отношениям оказался весьма выгоден. Америка свернула планы строительства системы ПРО в Восточной Европе, заморозила оборонное сотрудничество с Грузией и прекратила все разговоры о расширении НАТО на восток. Россия получила от Обамы экономически выгодное для нее соглашение СНВ-3 и членство во Всемирной торговой организации. Даже пуск построенного российскими атомщиками иранского реактора в Бушере не вызвал в Вашингтоне никакой негативной реакции в отношении Москвы. Все, что в обмен получили США, — это согласие России на транзитное снабжение натовского контингента в Афганистане. Вот уж поистине, «данайский дар»!
Взвалив всю ответственность за разногласия с Москвой на своего предшественника в Белом доме, Обама и его окружение не задумывались о том, что противоречия между Россией и США могут объясняться тем, как в Москве понимают собственные национальные интересы, какова реальная внутренняя структура нынешней российской власти и каково на самом деле наследие, оставшееся в памяти россиян после десятилетия задушевного панибратства Билла Клинтона и Бориса Ельцина. Точно так же там не задумались, начиная холодную войну против демократически избранного израильского руководства, ни о подлинных настроениях израильтян, ни о трагическом опыте «миротворчества» первой декады нового века, ни о реальном раскладе политических сил в еврейском государстве. Израиль — не Россия, и будучи кровно заинтересованы в успехе и престиже нашего единственного союзника, мы сами вынуждены искать компромиссы и налаживать мосты. В России, где многие участники протестного движения против Путина настроены еще жестче против Америки, готовность власти к компромиссу с Вашингтоном будет только падать вплоть до президентских выборов в марте.
Публично отговаривая Израиль от атаки на иранские ядерные объекты, американское руководство подчеркивает свое дипломатическое мастерство, благодаря которому международное сообщество вот-вот задушит иранский атомный проект жесткими всеобъемлющими санкциями. В свете «успехов» администрации Обамы в этой сфере, самый свежий пример которых мы получили в минувшую субботу в Совете Безопасности, такие аргументы звучат все менее и менее убедительно.

Арик Эльманполитический обозреватель газеты «Эхо

 
Статья прочитана 556 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

Здесь вы можете написать комментарий к записи "Путешествие дилетантов"

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Последние Твиты

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

Ассоциация русскоязычных журналистов Израиля
E-mail: info@iarj.org.il